На первую страницу   


    Рождение ТПХВ
Первая выставка
Развитие ТПХВ
Идейный облик
Творчество
ТПХВ и общество



Устав ТПХВ
Вступить в ТПХВ
Выставки ТПХВ
Бытовая живопись
Украинское ТПХВ
Бытописатели
Пейзаж в ТПХВ
ТПХВ в 1900-е
Статьи о ТПХВ



Члены ТПХВ:

Архипов А.Е.
Бялыницкий В.
Васильев Ф.А.
Васнецов В.М.
Васнецов А.М.
Ге Николай Н.
Дубовской Н.
Иванов С.В.
Жуковский С.
Каменев Л.Л.
Касаткин Н.А.
Киселев А.А.
Корзухин А.И.
Крамской И.Н.
Куинджи А.И.
Левитан И.И.
Маковский В.Е.
Маковский К.Е.
Максимов В.М.
Малютин С.В.
Мясоедов Г.Г.
Неврев Н.В.
Нестеров М.В.
Остроухов И.
Перов В.Г.
Петровичев П.
Поленов В.Д.
Похитонов И.П.
Прянишников И.
Репин И.Е.
Рябушкин А.
Савицкий К.А.
Саврасов А.К.
Серов В.А.
Степанов А.С.
Суриков В.И.
Туржанский Л.
Шишкин И.И.
Якоби В.И.
Ярошенко Н.

Хочешь увидеть свое имя в этом списке? Легко!


       
  
   

Страница 1
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20

   
 
  
   

Картины Федора
Васильева



После дождя.
Проселок,
1867-1869


Волжские лагуны,
1870


Деревня,
1869

   
Фаина Мальцева. Федор Александрович Васильев

Прекрасно восстановлен в воспоминаниях Репина один из таких характерных примеров работы Васильева в ночные часы над рисунком по памяти: «Лампа все горит, и сам Васильев горит, горит всем существом, ярче нашей скромной лампы [...] лицо его сияет творческой улыбкой, голова склоняется то вправо, то влево; рисунок он часто отводит подальше от глаз, чтобы видеть общее [...] Вот откуда весь этот невероятный опыт юноши-мастера, вот где великая мудрость, зрелость искусства ... Долго, долго глядел я на него в обаянии. Дремал, засыпал, просыпался, а он все с неуменьшающейся страстью скрипел карандашом».
Эти так душевно описанные Репиным приемы работы Васильева над рисунком можно без особой натяжки распространить и на процесс создания молодым пейзажистом дошедших до нас его волжских картин, исполнявшихся, вероятно, также со свойственным его натуре поэтическим вдохновением и полной погруженностью в сложившийся в воображении образ.
Существовали ли живописные этюды к его волжским картинам, установить в настоящее время почти невозможно, хотя Репин и вспоминает о самом обращении пейзажиста к работе на натуре. Из-за этой неполноты фактических данных во многом остается неясным процесс создания и дошедших до нас произведений. Характерным примером может послужить в данном случае картина «Крестьянская семья в лодке» (1870) и существующий идентичный рисунок того же названия, исполненный, очевидно, в качестве натурного этюда. Между тем помимо этой предварительной проработки в рисунке нужны были или живописный этюд или феноменальная зрительная память, чтобы с такой верностью передать мягкую освещенность волжского пейзажа в картине и безукоризненно, с чувством раскрыть довольно сложный, слитый со светом цветовой строй плывущей под парусом лодки с возвращающейся с сенокоса крестьянской семьей. По рисунку могли быть восстановлены позы изображенных в картине персонажей, что-то оказалось в сравнении с ним измененным, дополненным в поисках необходимой целостности создаваемого образа. Но только вместе с живописью и, видимо, с прослеженным на натуре звучанием цвета в различных его оттенках вошел в этот образ поэтически раскрытый ритм жизни плывущей в лодке семьи. Прекрасно и лаконично передана характеристика и каждой отдельной фигуры. Уже в самом выбранном для картины сюжете с естественно слаженным укладом крестьянской жизни развивалась по существу концепция, близкая ранее написанным картинам. Но теперь она приобретала более глубокий идейный смысл и яснее выражала эстетическую программу художника, вдохновленную в большой мере его романтической мечтой о красоте реальной жизни, раскрывшейся здесь перед ним в гармонической слитности людей и природы.
Обилие дошедших до нас рисунков с изображением плывущих и причаленных к берегу различной формы рыбачьих лодок и барок с поднятыми и приспущенными парусами, несомненно, участвовало в созревании замысла другой волжской картины Васильева «Вид на Волге. Барки», сохраняющей и теперь свое огромное значение среди многих, исполненных не только тогда, но и позднее пейзажей, посвященных великой русской реке.
Не менее важную роль в создании картины играли и встречи художника с бурлаками, героями Репина, и сама типичная для волжского пейзажа бурлацкая тема, раскрывавшаяся перед глазами художников во всей своей социальной значительности. Между тем не отступая от жизненной правды, Васильев выбрал для этой своей картины не тему угнетения или скрытого протеста, но привлекающий своей правдивостью короткий по времени момент отдыха бурлаков. За этой типичной сценой бурлацкой жизни в воображении Васильева, несомненно, стояли не раз встречавшиеся ему конкретные образы бурлаков с особым, влекущим к себе складом натуры, как бы сроднившейся за долгие годы с «особой статью» волжских просторов.
Сравнительно крупным планом вписываются в композицию картины причаленные к ближнему берегу барки с группой отдыхающих возле костра бурлаков. Их позы при всей обобщенности рисунка кажутся свободными и лишь «безмолвным диалогом» связанными между собой. Висящий на треножнике котелок и сизоватый дымок от костра напоминают о близости часа обеда, всегда сопровождавшегося в их среде строгой и торжественной крестьянской обрядностью. Однако не жанровый мотив, в первую очередь, привлекает к себе внимание зрителя, а самый пейзаж с его грандиозным сияющим лазурью небом и слитые с ним, устремленные ввысь мачты стоящих барок с прекрасно написанными чуть приспущенными парусами. Образуя компактную группу в композиции картины, они вносят в ее содержание многозначительный идейный акцент. Этот сложившийся в воображении художника образ природы наделял обобщающим пафосом и введенный в картину обыденный жанровый мотив, не только внешне, но и внутренне слитый с послегрозовым пейзажем. Прекрасно скомпонованный и безукоризненно выраженный свободной по приемам живописью, передающей светоцветовое богатство натуры, он кажется в картине воссозданным красками гимном русской природе, ее красоте и потенциальной силе жизни. Одновременно с этим он становится здесь и выразителем романтической жизнеутверждающей мечты художника о свободном от гнета человеке, сбросившем со своих плеч давящую бурлацкую лямку.
Это качество, завоеванное Васильевым в общении с волжским пейзажем и бурлаками, войдет и в дальнейшее его творчество. В новом свете выступит тогда и его романтическая мечта о создании пейзажа, духовно возвышающего человека. Весьма примечательно, что вместе с картиной Васильева «Вид на Волге. Барки» в русское искусство той переломной эпохи входила новая интерпретация бурлацкой темы, по-разному осваиваемой одновременно с ним такими художниками, как А.К.Саврасов и Репин.
В ряд с волжскими пейзажами, утверждавшими в своих образах положительный идеал и мечту о гармонии «естественного человека и природы», неожиданно включается еще одна, не схожая с ними картина «Волжские лагуны». Оставшаяся неоконченной, она тем не менее приковала к себе всеобщий интерес художников на посмертной выставке Васильева и была приобретена П.М.Третьяковым для его собрания.

продолжение...



   Извините художников за рекламу:
  »  качели капри.


www.tphv.ru, 1869-2016. Товарищество художников - передвижников. Для контактов - info (a) tphv(dot)ru