На первую страницу   


    Рождение ТПХВ
Первая выставка
Развитие ТПХВ
Идейный облик
Творчество
ТПХВ и общество



Устав ТПХВ
Вступить в ТПХВ
Выставки ТПХВ
Бытовая живопись
Украинское ТПХВ
Бытописатели
Пейзаж в ТПХВ
ТПХВ в 1900-е
Статьи о ТПХВ



Члены ТПХВ:

Архипов А.Е.
Бялыницкий В.
Васильев Ф.А.
Васнецов В.М.
Васнецов А.М.
Ге Николай Н.
Дубовской Н.
Иванов С.В.
Жуковский С.
Каменев Л.Л.
Касаткин Н.А.
Киселев А.А.
Корзухин А.И.
Крамской И.Н.
Куинджи А.И.
Левитан И.И.
Маковский В.Е.
Маковский К.Е.
Максимов В.М.
Малютин С.В.
Мясоедов Г.Г.
Неврев Н.В.
Нестеров М.В.
Остроухов И.
Перов В.Г.
Петровичев П.
Поленов В.Д.
Похитонов И.П.
Прянишников И.
Репин И.Е.
Рябушкин А.
Савицкий К.А.
Саврасов А.К.
Серов В.А.
Степанов А.С.
Суриков В.И.
Туржанский Л.
Шишкин И.И.
Якоби В.И.
Ярошенко Н.

Хочешь увидеть свое имя в этом списке? Легко!


       
  
   

Страница 1
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20

   
 
  
   

Картины Ивана
Крамского



Портрет Куинджи,
1872


Портрет писателя
Льва Николаевича
Толстого,
1873

   
Иван Крамской. Глава из книги Надежды Шер о художниках-передвижниках

Однажды кто-то принес статьи критика Владимира Васильевича Стасова. Крамской тогда еще не был с ним знаком, но, так же как и все члены кружка, знал его статьи о музыке, живописи, о картинах Брюллова, Иванова, знал, как высоко Стасов ценил Федотова, молодого Перова. В кружке не раз обсуждали, перечитывали его статьи, и особенно по сердцу были те, в которых он обрушивался на академическую систему обучения и прямо говорил о том, что «надо дать волю художникам, надо больше не требовать от них того, к чему они не могут уже иметь ни симпатии, ни охоты, ни способности, надо оставить им вполне, для их экзаменов на золотые медали, выбор сюжетов, в которые они могут внести жизнь, правду и поэзию».
Крамскому казалось, что Стасов угадал его мысли, его чувства. Он как бы напутствовал в жизнь и его, и всех молодых художников с их надеждами, дерзаниями, с их нарастающим протестом против академической казенщины. Так для Крамского и его товарищей постепенно рушился «храм» - императорская Академия художеств, куда все они несколько лет назад вступали с таким открытым сердцем, с такой жаждой приобщиться к искусству. Речи академических профессоров о «высоком и чистом искусстве для избранных» начинали казаться ненужными, фальшивыми, вызывали раздражение, протест.

4

Время шло. До окончания академии оставалось немного больше года; почти весь этот год Крамской и другие учащиеся писали картину на малую золотую медаль - «Моисей источает воду из скалы». Тема была скучная, непонятная и никому не нужная. Крамской писал картину по обязанности, внутренне против нее протестуя, но, как всегда, добросовестно, стараясь и здесь чему-то научиться. Он сделал много карандашных набросков для картины: скалистый пейзаж, фигуру мужчины, несколько набросков женской фигуры с ребенком на руках и т. д. За эту картину он получил вторую золотую медаль. Приближалось время выпускного конкурсного экзамена. Обычно на этом экзамене всем учащимся давался один сюжет - из мифологии, евангельской истории или из истории древних народов. Выпускников запирали на двадцать четыре часа, в течение которых они должны были сделать эскизы своих будущих картин, а картины потом обязаны были писать, не отступая ни в чем от эскизов. Лучшие конкурсанты, или, как тогда говорили, конкуренты, получали большую золотую медаль и право поездки на казенный счет за границу, где они должны были изучать классическое искусство, сделать копию с картины одного из великих живописцев прошлого и написать большую картину на тему, одобренную академией.
В кружке Крамского решили, что, несмотря на обещанные золотые медали, так участвовать в конкурсе они не будут. Что делать? Подали в совет академии просьбу разрешить им свободный выбор сюжетов. Совет в просьбе отказал. Подали вторую просьбу - снова отказ. А через некоторое время выпускники академии получили повестки явиться девятого ноября к десяти часам утра для конкурсного экзамена. Накануне никто не спал ночь, волновались, возмущались, обсуждали положение и решили на случай отказа всем заготовить заявление о выходе из академии и твердо держаться вместе.
Наступило 9 ноября 1863 года. Как всегда в день экзамена, в конференц-зале особенно торжественно. Ярко натерт воском паркет, блестит красное дерево стульев и кресел, обитых синим шелком, сверкают люстры. В глубине зала большой овальный стол, покрытый зеленым сукном с тяжелыми кистями. Съезжаются профессора академии в мундирах, со звездами и лентами. Немного опоздав, приезжает вице-президент академии.
А сверху, с четвертого этажа, уже спускаются экзаменующиеся. Они подходят к дверям конференц-зала, останавливаются, ждут. Чья-то невидимая рука открывает дверь. Они тихо входят, скромно кланяются, становятся направо в углу. Так же неслышно закрывается за ними дверь. Тогда медленно с бумагой в руке подымается со своего кресла вице-президент, оглядывает учащихся и читает:
- «Совет императорской Академии художеств к предстоящему в будущем году столетию академии для конкурса на большую золотую медаль по исторической живописи избрал сюжет из скандинавских саг: «Пир в Валгалле». На троне бог Один, окруженный богами и героями, на плечах у него два ворона В небесах, сквозь арки дворца Валгаллы, в облаках видна луна, за которою гонятся волки... Как велика и богата даваемая вам тема, - продолжает он, - насколько она позволяет человеку с талантом выказать себя в ней и, наконец, какие и где взять материалы, объяснит вам наш уважаемый ректор Федор Антонович Бруни».
Бруни слегка кланяется. Трудно узнать в нем того самого Бруни, который в день похорон Пушкина писал его последний портрет, зная, что это неугодно правительству. Теперь это важный сановник, который редко появляется в классах и величественно проходит мимо учащихся. Вот и сейчас он встает с выражением особой значительности на лице и неслышными шагами направляется в сторону молодых художников. В это время от группы учащихся отделяется Иван Николаевич Крамской, выбранный уполномоченным. Быстро оглядев товарищей, он наперерез Бруни идет прямо к зеленому столу. На секунду профессора замирают, вице-президент, опершись руками о стол, подымается со своего кресла. А Крамской уже говорит: «Просим позволения сказать перед советом несколько слов... Мы подавали два раза прошение, но совет не нашел возможным исполнить нашу просьбу; ...мы, не считая себя вправе больше настаивать и не смея думать об изменении академических постановлений, просим покорнейше совет освободить нас от участия в конкурсе и выдать нам дипломы на звания художников».
- Все? - раздались голоса за столом.
- Все! - ответил Крамской, поклонился и отошел к товарищам. Молча, один за другим выходили гни из конференц-зала, молча вынимали из бокового кармана сюртука вчетверо сложенную бумагу - прошение об увольнении из академии и выдаче аттестатов - и клали ее перед делопроизводителем, который сидел за своим столом почти у самой двери.

продолжение...



www.tphv.ru, 1869-2016. Товарищество художников - передвижников. Для контактов - info (a) tphv(dot)ru