На первую страницу   


    Рождение ТПХВ
Первая выставка
Развитие ТПХВ
Идейный облик
Творчество
ТПХВ и общество



Устав ТПХВ
Вступить в ТПХВ
Выставки ТПХВ
Бытовая живопись
Украинское ТПХВ
Бытописатели
Пейзаж в ТПХВ
ТПХВ в 1900-е
Статьи о ТПХВ



Члены ТПХВ:

Архипов А.Е.
Бялыницкий В.
Васильев Ф.А.
Васнецов В.М.
Васнецов А.М.
Ге Николай Н.
Дубовской Н.
Иванов С.В.
Жуковский С.
Каменев Л.Л.
Касаткин Н.А.
Киселев А.А.
Корзухин А.И.
Крамской И.Н.
Куинджи А.И.
Левитан И.И.
Маковский В.Е.
Маковский К.Е.
Максимов В.М.
Малютин С.В.
Мясоедов Г.Г.
Неврев Н.В.
Нестеров М.В.
Остроухов И.
Перов В.Г.
Петровичев П.
Поленов В.Д.
Похитонов И.П.
Прянишников И.
Репин И.Е.
Рябушкин А.
Савицкий К.А.
Саврасов А.К.
Серов В.А.
Степанов А.С.
Суриков В.И.
Туржанский Л.
Шишкин И.И.
Якоби В.И.
Ярошенко Н.

Хочешь увидеть свое имя в этом списке? Легко!


       
  
   

Страница 1
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12

   
 
  
   

Картины Федора
Васильева



Мокрый луг,
1872


Вид на Волге.
Барки,
1870


Рассвет,
1873

   
Юрий Дюженко. Творчество художника Федора Васильева

«Мокрый луг» Васильева - это, безусловно, одна из вершин в русской реалистической пейзажной живописи. Но для того чтобы справедливо оценить это произведение, нельзя не отметить и того, что композиционные и живописные приемы, разработанные Васильевым, прочно закрепились в традициях русского искусства. Следы близкого и отдаленного влияния «Мокрого луга» на многие пейзажные произведения можно обнаружить в русской живописи как при жизни Васильева, так и много позже.
Не следует забывать и того, что рядом с «Мокрым лугом» стоят еще несколько произведений Васильева, близкие по сюжету и по настроению, которые не уступают «Мокрому лугу» ни в художественных качествах, ни в глубине содержания. К ним, например, можно отнести «Рассвет» из собрания художественного музея в г. Кирове.
Надежды Васильева на быструю поправку в Крыму не оправдались. Ему становилось все хуже и хуже. По месяцам врачи не разрешали художнику не только выходить из дома, но даже переходить в другую комнату. В конце концов ему запретили разговаривать, как и заниматься живописью - разве что один час в день и то, когда больной себя хорошо чувствовал. Первый запрет врачей Васильев выполнял - сохранились альбомы и тетради, в которых больной художник письменно беседовал со знакомыми и гостями, второго лечебного запрета он не выполнял, не мог этого делать; пока он дышал, он работал. За два года жизни в Крыму безнадежно больной художник создал столько, что и нескольким здоровым было бы не под силу.
Не переставая тосковать в своем «крымском изгнании» по родным равнинам и болотам, по могучим просторам Волги, Васильев понял, что и крымская природа достойна любви. Со временем Васильев перестал противопоставлять крымскую природу русской даже в отношении самых заветных, самых восторженных чувств: «Природа кругом вечно прекрасная, вечно юная [...] я помню моменты, глубоко врезавшиеся мне в память, когда я весь превращался в молитву, в восторг и в какое-то тихое, отрадное чувство со всем и со всеми на свете. Я ни от кого и ни от чего не получал такого святого чувства, такого полного удовлетворения...» И крымская природа смогла дать Васильеву высшее эстетическое удовлетворение.
«Глубок, глубок смысл природы, если его кто понять может», - говорил Васильев в одном из своих писем, имея в виду крымскую природу. И Васильев умел воплотить в своих произведениях тот глубокий смысл, который раскрывала природа его пытливому и пылкому сердцу.
Вообще же нелегко было писать на темы крымской природы. Бесчисленные крымские пейзажи, заполнявшие академические выставки, передовой публикой воспринимались как нечто враждебное молодому реалистическому искусству. Привычная фальшь крымских пейзажей академических художников ассоциировалась в сознании любителей искусства с самой крымской природой.
Васильев сумел побороть эти ложные представления. Он понял, что дело было не в крымской природе, а в том отношении, с которым подходили к ней раньше художники.
Достаточно вспомнить такой этюд Васильева, как «Крымские горы зимой» из собрания Государственной Третьяковской галереи, чтобы убедиться в том, как вдумчиво и оригинально подошел молодой художник к изучению природы Крыма.
Красота и поэтичность здесь родные сестры простоте и скромности; все сделано с большим чувством меры и такта.
Этюд «Крымские горы зимой» особенно привлекает своей живописностью. Такого богатства, цветовых градаций при исключительной воздушной правдивости даже Васильеву не часто уда-ось достичь. Исключительно тонко взято отношение затененной земли к лучезарным, сливающимся с небом горам. Подобно драгоценным камням сверкают снежным покровом горы, вершины которых скрыты дымящимися облаками.
Весь передний план пейзажа занимает каменистое плато, покрытое чахлой бурой растительностью, только далеко на втором плане темнеет сосновая роща.
Очень убедительно передан рельеф каменистого плато с расщелинами и скатом, по которому вьется едва заметная тропка. Что особенно поражает в этюде - это мастерство в передаче пространства - действительно горного, которое кажется наполненным хрустальным воздухом.
Центральной, обобщающей весь опыт изучения крымской природы Васильевым, явилась его картина «В Крымских горах», которая находится в Государственной Третьяковской галерее.
Сохранилось множество рисунков и набросков, так или иначе связанных с картиной «В Крымских горах», среди них и наброски вариантов композиции всей картины и разработка деталей: обрыва, горы, сосен, дороги, повозки, волов.
Сначала художник представлял себе композицию развернутой по горизонтали, но она не позволяла передать высоты горных громад, и Васильев остановился на композиции, развернутой по вертикали. Отказался художник и от жанрового решения, которое значительное время удерживало его внимание. Картина «В Крымских горах» - произведение необыкновенное по силе и глубине воздействия, поэтичное и музыкальное; произведение, в котором богато и многосторонне раскрыт духовный мир человека: в борьбе, в движении, в противоречиях... Жизнь природы показана в пейзаже, но не сама по себе, а через мир человеческих переживаний.
Выражая впечатление, произведенное на него картиной «В Крымских горах», Крамской сказал, что это было чарующее чувство необыкновенной музыкальности, «точно не картина, а во сне какая-то симфония доходит до слуха, оттуда, сверху...» это очень верное замечание. Вызываемое пейзажем чувство возвышенно, торжественно, эпично, это музыка героического звучания. Величественность образа, грандиозность, монументальность впечатления столь же характерны для картины, как поэтичность и музыкальность...
По краю обрыва движется татарская повозка, запряженная быками. За дорогой круто вздымается пригорок, на вершине которого тянутся к небу маленькие кроны четырех худосочных сосен с голыми стволами, а за ними громоздятся далекие горы, вершины которых сплошь затянуты облаками.

продолжение...



www.tphv.ru, 1869-2016. Товарищество художников - передвижников. Для контактов - info (a) tphv(dot)ru